July 16th, 2014

А я все дивлюся, де моя Маруся

Не попав я в двері,
Та сторч головою.
Стара баба, старий дід,
Мене кочергою.

Ой тікав я через тин,
Через перелази.
Била мене баба ціпом,
Аж чотири рази.


В личке меня трогательно уличили в том, что я «ослеплён ненавистью к Украине», и потому упорно называю её «бывшей Украиной», что из-за этой ненависти своей не вижу, что «на месте старой Украины появилась новая, гораздо лучше и достойнее».

Заебца. Давно хотел об этом поговорить.

То есть, о моей «ненависти к Украине» говорить особо нечего. Для того чтобы констатировать в человеке идиота, его вовсе необязательно ненавидеть. И даже если он идиот убеждённый, несущий свою идиотию по жизни как олимпийскую медаль – то и тут в его отношении уместна вовсе не ненависть, а жалость и медицинский интерес в равных пропорциях.

Но вот что касается бывшести Украины, то тут, как это обычно и происходит в случае с бывшей Украиной, все аргументы укладываются в довольно короткую цепочку элементарных рассуждений, основанных на базовых знаниях из курса природоведения за пятый класс.

Начать с того, что государство, ранее известное, как Украина, перестало быть государством даже не с началом так называемой «Антитеррористической операции», и даже не после государственного переворота, совершенного хунтой в феврале – а несколькими месяцами ранее. Государство это исчезло в тот момент, когда его последний легитимно избранный президент поставил вне закона структуры, призванные этот самый закон оберегать.

«Прибывая в новую страну, я не спрашиваю, хороши там законы, или плохи, я спрашиваю – выполняются ли они?», - писал Жан-Жак (прости-господи) Руссо. Беспорядки, погромы и отказ подчиниться требованиям Конституции – неоспоримые преступления, пресечение которых, безусловно, требует вмешательства правоохранительных органов в любой адекватной стране. А вот агрессия в отношении уже самих правоохранительных органов – по сути является посягательством на государственность. Сотрудники правоохранительных органов, как известно, в обиходе именуются представителями власти, так что когда В.Ф. Янукович связал по рукам и ногам и сдал толпе наиболее боеспособные части украинской милиции – он отказал власти (как ни странно, возглавляемой им же) в праве на самозащиту. И тем самым отключил коматозное на тот момент государство от единственной системы жизнеобеспечения, гарантировавшей поддержание порядка и законности.

В тот момент, когда жопа В. Ф. Януковича на крыльях славы уносилась в Ростов-папу, государство под названием Украина уже было упразднено.

Любопытно, что устроившая переворот хунта даже не попыталась реанимировать государство, как цельный организм. Зато к конечностям трупа привязали верёвочки и стали дёргать их вразнобой, чтобы остывшая тушка изображала на публике нечто вроде тарантеллы. О том, что покойники имеют свойство с течением времени разлагаться и отравлять окружающую среду трупным ядом – все вроде как забыли. Главное, чтобы тушка дёргалась.

Видимость существования страны Украины у некоторых складывается ещё и оттого, что тамошние жители как бы продолжают жить в государстве по инерции. Они по инерции ходят на работу и чего-то там производят, не понимая, что рынок Таможенного союза для них уже потерян, а в Европе они на хуй никому не нужны со своим барахлом и кабачковой икрой. Они по инерции платят коммуналку по растущим тарифам, убеждая себя, что это временно и скоро всё будет, как на Западе, хотя как на Западе у них будет только легализация однополых браков, в лучшем случае. Они по инерции платят налоги, наивно полагая, что налоги эти пойдут на выполнение каких-нибудь госпрограмм, но единственная госпрограмма, которая им светит в ближайшие сто лет – это погашение иностранных кредитов.

Collapse )