nords_nisse (nords_nisse) wrote,
nords_nisse
nords_nisse

Categories:
  • Music:

Здесь враг не пройдёт, здесь друг охуеет

В феврале года эдак 1989-го в нашей школе замутили военно-патриотическую игру «Зарница». Потому что советские дети должны были уметь защитить себя и Родину от той галимой пурги, которую готовил нам Рейган – «вор, ковбой и педорас». Напомню, если кто уже забыл: февраль. Целинные степи. И «Зарница».

У меня был ниибический автомат – муляж АК-47, с пьяных глаз неотличимый от настоящего. Эту Вещь нам с братом подарил легендарный военрук Инсаф Шарафеич Гареев, когда-то служивший вместе с нашим отцом. Нас обоих Шарафеич называл «Славка», но брата уважал больше, потому что тот на спор выиграл чемпиона-старшеклассника в стрельбе из мелкашки, а я из пневматического пистолета попал себе в переносицу.

Короче, у меня был реальный ствол. И реальные звездочки на картонных погонах (я как-то сразу произвел себя в капитаны). А мама сшила мне из простыни почти реальный маскхалат. Несколько напрягал только один нюанс. Родившая меня женщина пустила на маскхалат старую простынь, которую советский дизайнер в порыве невиданного вдохновения решил украсить по центру незамысловатым, прямо скажем, узором – синей полосой. Так что мой маскхалат должен был наводить на врага определенную оторопь. Я, конечно, просил родительницу ограничиться классикой, и пошить маскхалат тупо белый, но ее материнская любовь заканчивалась там, где начинались новые простыни, пододеяльники и наволочки. Униженный, но не сломленный отправился я поутру в бой.

Почти сразу выяснились четыре вещи.

Во-первых, бушевал буран.
Во-вторых, маскхалата не было больше ни у кого, даже полосатого.
В-третьих, у меня была самая мазёвая пушка среди всего пионерского сброда.
В-четвёртых, «Зарницу» отменили.

То есть, я при полном параде припёрся в школу – через катаклизм, через заснеженную степь, наполненную демонами мрака и льда, воинственными племенами, дикими верблюдами и шпионами Вашингтона, а «Зарницу» отменили. Заебись. Собралась, кстати, преизрядная толпа советских детей, которые здраво считали, что апокалипсический буран – самая та погода для войнушки. Однако бывшие в меньшинстве учителя считали, что советские дети – долбоёбы, и в гороно сидят тоже долбоёбы, и в руководстве страны – долбоёб на долбоёбе, и когда же, блядь, нас эти сраные американцы завоюют?... И учителя нанесли удар по боеспособности подрастающего поколения, ставший предвестником событий, произошедших через несколько лет в Беловежской пуще, когда обожравшиеся водки предатели интересов… Ладно, проехали.

Детей отправили по домам. Верили ли учителя сами, что дети разойдутся по домам? Вот вы прикиньте сейчас: мелким засранцам за неделю сообщили, что в субботу будет рамс, они неделю готовились, покупали, воровали и отбирали у более слабых оружие, рисовали погоны и эполеты, сушили носки. А потом им говорят: хоба-на, ничо нибудет, вольно, пецдуйте по домам… Кто, будучи в здравом уме, сможет предположить, что детей, заточенных под третью мировую войну, остановит непогода?

Ну, короче, было три, что ли, массовых схода. С кувырканиями в снегу, беготней по сугробам и срыванием погонов. Потом погоны почти у всех закончились. Точнее – у тех, кто не допёр пришить их по всему периметру. Ну, и уж тогда пошли, вроде бы, по домам. Усталые, но довольные добрели мы с моим кентом Максом до теплотрассы… Не знаю, в чем заключается это таинственное свойство надземных теплотрасс, но рядом с ними наметает самые большие сугробы. Вот рядом с той снегу было – по третий этаж дома, честно. Пройти мимо такой благодати было невозможно, и мы с Максом стали окапываться. А потом отстреливаться. А потом откапываться, потому что все вырываемые нами норы, ДОТы и блиндажи заметало на глазах.

Домой я попал ближе к вечеру. Маскхалат был порван в нескольких местах, погоны расквасились, автомат заледенел, а самого меня можно было скручивать жгутом и выжимать из меня тазы талого снега, пота и ярости неукротимого освободителя человечества.

На следующий день я слёг. Если вы не знаете, что испытывал советский ребенок, понимая в воскресенье, что мощно заболел, если вам неведом хруст, с которым росток надежды взламывал в его душе асфальт обреченности, если вы не чувствовали, как крепнет от часа к часу его вера в стойкость и неподкупность болезни – то: чемодан-вокзал-Брайтон-бич, нах!

Заболеть в воскресенье – это был особый дар небес, посылаемый лишь особым детям. Или, как вариант – ебланам, прокувыркавшимся всю субботу в снегу в условиях, близких к арктическим.

В понедельник, ближе к обеду, с хрустом отдирая от батареи сохнувшие весь предыдущий день носки, штаны и прочее, я думал под завывание несмолкающего бурана: «Вот масть попёрла-то!... Я люблю свою Родину!».

Я и сейчас так думаю. Хотя метёт уже не так, как раньше. Просрали дерьмократы стихию-то.
Tags: иопогоде, о Родине
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 37 comments