Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

Ну заодно и с Рожеством

Как интересно, однако, я наведался в уйутненький после Нового года. Например, хорошо помнил, что комментариев к посту про Синьцзян было что-то около шестидесяти, а тут смотрю – за 300. Думаю: боты блеать!
Хуй там. Кутейкин.

Ахтыжёбаныйтынасрать – ну Кутейка-то чего забыл в моей днявочке? Наверное, хочет попеарицо за мой счёт, старый пресловутый йунга, ололо.

Суть, однако, не в Кутейке. Суть, однако, в том, что срач по поводу Китая бессмысленен относительно самого Китая.

Поясняю.
Согласно моим наблюдениям, очевидцы Чжунго делятся на три неравные группы: на две большие и одну маленькую. Первая большая это те, кто полагает Китай одним огромным Шанхаем со скоростными поездами и небоскрёбами шопиздец на каждом шагу. Там – райъ и коммунизмъ.
Вторая большая группа китаеведов полагает Поднебесную огромадным говнящимся колхозом, по которому чахлые крестьяне рассекают на стареньких велосипедах от рассвета до рассвета, чтобы заработать горсточку низкокалорийного риса. Там – адъ и коммунизмъ.

А представители третьей, маленькой группы видевших Китай, понимают, что это есть огромная, разноликая и противоречивая страна, объединённая одной идеей, и несмотря на всю свою огромность и противоречивость она медленно, но уверенно идёт к процветанию. Медленно. Но уверенно. Огромная и противоречивая, но объединённая.

В этой связи воспринимать три сотни комментов к месячной давности посту мне не столько лестно, сколько апоплексично. Ну в самом деле – голова начинает болеть от раздражения, жилка на виске пульсирует, и вообще хочется послать на хуй сразу примерно человек пятнадцать, а такого со мной ни разу не случалось.

Но на этой же волне сообщаю уважаемым мною френдам (а неуважаемых, вроде говноклоуна-Кутейкина, я как-то не френжу), что, в опчем, дышим мы с вами одним воздухом, задаёмся одними и теми же вопросами – и это великолепно. Для вас эта песня.
(Не моя).


Бремя белого папуаса

«…В Индии же гулящих женщин много, и потому они дешевые: если имеешь с ней тесную связь, дай два жителя; хочешь свои деньги на ветер пустить — дай шесть жителей. Так в сих местах заведено. А рабыни-наложницы дешевы: 4 фуны — хороша, 6 фун — хороша и черна, черная-пречерная амьчюкь маленькая, хороша…»

Вслед за первым русским исследователем загадочной Индии, то есть – вслед за Афанасием Никитиным – мне тоже хочется уделить некоторое внимание такому явлению, как блядство. Сейчас – половина третьего местной душной ночи, я передумал писать несколько забавных писем о событиях, случившихся за последние двое суток, и решил написать вместо нескольких забавных писем один печальный пост. О блядстве.

Но сначала – о природе. О том, как замечательно колониальны в муссонном ливне индийские горы, частным случаем коих являются Западные Гхаты в районе Мангалура. Эти горы укрыты непроходимой джунглей и почти не заселены – в силу крутизны склонов и зыбкости тамошних почв. И когда поезд вползает наверх – прямо в нутро тучи, вспоротой скалистыми вершинами, прямо в гнездо ленивой грозы – то оказывается этот поезд одиноким путником на тропе, шириною своей едва ли превышающей размах крыльев местного попугая. И вот поезд тащится дальше и выше, делая полный круг по краю котловины (чья безупречная геометрия наводит на мысль о случившимся прежде падении астероида), и сначала в окна вагонов можно наблюдать водопад, изливающийся как бы даже не с обрыва, а из клубящейся серой мглы, водопад узкий, светлый и изломанный, и всем этим напоминающий молнию, - а через каких-нибудь десять минут поезд медленно проползает уже над тем самым потоком-самоубийцей, причём делает это, судя по обрамлению рельс, благодаря наличию рыхлого кирпичного моста, этакого ублюдка римских акведуков и триумфальных арок. И всё время, если с одной стороны поезда нет пропасти, с обеих его сторон наваливается жадный до пространства индийский лес, и листья усугубляют мутность окон, размазывая по ним дождевую влагу и насекомых.

Collapse )

Я знаю весёлые сказки таинственных стран

.

Не могу сказать, что за два года сильно соскучился по атмосфере города Дели. Точнее – по тому сложному коктейлю чада и миазмов, который заменяет местным жителям привычную мне дыхательную смесь газов. Но, всё же, выйдя из здания аэропорта, какую-то ностальгию испытал.

День (на этот раз начавшийся в четыре утра) вообще выдался богатым на впечатления. Например, наш экспедиционный корпус успел побывать в Олмоте. Более того – в зоопарке Олмоты. Там мы с младшим научным сотрудником единодушно пришли ко мнению, что кормление жирафа – гораздо менее интерактивный процесс, нежели кормление макаки японской.

Олмота вообще замечательный город, безотносительно макак. В аптеке, расположенной неподалёку от зоопарка, я наблюдал как некий мужчина – в годах уже, седой – покупает гандон с шипами. Он долго и тщательно разглядывал ассортимент, деловито комментируя детали каждого экземпляра, а потом, расплатившись, радостно объявил аптекарше:

- Ну, спасибо вам! Хе-хе, опробую его сейчас!

Аптекарша, столь же пожилая, как и он сам, похожая на завуча, взглянула на него поверх очков и отрезала:

- Не сейчас!

- Постоянный клиент теперь у вас буду! – неловко побравировал мужик напоследок, но всё же ушёл.

Апрекарша проводила его молчанием, а потом сказала:

- Мне он сразу показался каким-то дураком.

Вот из такого чудесного города я отбыл, испытывая, чего греха таить, тревогу относительно нового пункта назначения. И, само собой, нелепость стала громоздиться на нелепость, как только аэроплан лёг на курс.

Collapse )